«На свадьбе нам с Илюшей часто желали терпения, а мы удивлялись: зачем, если мы так любим друг друга? Работая над своей ролью в картине «Руки Вверх! 2», я лучше поняла, о чем шла речь. Жизнь непредсказуема, и важно уметь сохранять связь друг с другом», — говорит актриса.
— Ангелина, на большие экраны выходит фильм «Руки Вверх! 2», в котором вы сыграли первую жену Сергея Жукова. С чего для вас началась эта история?
— Это моя любимая история! Мой муж Илья Малаков очень любит группу «Руки Вверх!». Мне кажется, он знает все их песни, даже те, которые я никогда не слышала. И у меня давно была мечта познакомить Илюшу с Сергеем Жуковым. Не представляла, как это устроить, но даже записала свое желание в дневник. Когда увидела анонс первого фильма, очень расстроилась, что меня не позвали на кастинг. Хотелось хоть как-то прикоснуться к этому проекту, а заодно найти возможность реализовать мечту. И вот однажды приходит письмо: «Приглашаем на пробы «Руки Вверх! 2». Я даже не стала его открывать, сразу написала агенту, что иду! Несколько раз ездила на пробы и ничего Илюше не говорила. Рассказала только тогда, когда меня утвердили.
— В итоге удалось осуществить мечту?
— Да! На съемках я миллион раз рассказывала, как Илюша любит группу. Сергей Евгеньевич часто был с нами на связи и все слышал. Поэтому на вечеринке по случаю окончания съемок, когда я подошла к нему и сказала: «Сегодня придет мой муж Илья», он с улыбкой ответил: «Я все знаю, я все слышал». Представляете, я мечтала их познакомить, не понимала, возможно ли это, и вдруг попала в проект, благодаря которому все получилось. Какая-то магия.
— А сами вы слушали «Руки Вверх!»?
— Конечно! Я была совсем маленькой, когда звучали эти песни, но прекрасно их помню. Почему-то особенно любила «18 мне уже». Видимо, слишком романтизировала эту историю.
— О прототипе вашей героини, Елене, первой жене Сергея Жукова, известно совсем немного. Как вы готовились к этой роли?
— Когда меня пригласили, я стала искать информацию о Елене и поняла, что почти ничего нет. Потом мы с ней созвонились и подробно обсудили сцены: что в каждой происходит, о чем она. Я к тому моменту уже разобрала сценарий по-своему, а во время разговора поняла, что мы думаем в одном направлении. Вообще, мне кажется, фильм станет для зрителей откровением. Это ведь та часть жизни Сергея Евгеньевича, о которой почти ничего не известно.
— После разговора с Еленой стало легче в работе над ролью или появилась дополнительная ответственность?
— И то и другое. Одно дело, когда играешь придуманного персонажа или историческую личность, и совсем другое, когда общаешься с человеком, чью историю предстоит рассказать. Я чувствовала огромную ответственность. Хотелось не просто передать какие-то черты Елены, а показать происходящее ее глазами.
— Внешнего сходства тоже добивались?
— Чтобы добиться большего сходства, я впервые в жизни снималась в кино в линзах, ведь у Лены очень светлые глаза.
— Сергей Жуков следил за съемками, давал вам и Владу Прохорову какие-то подсказки?
«Мне кажется, фильм станет для зрителей откровением. Это ведь та часть жизни Сергея Жукова, о которой почти ничего не известно»
— Да, он приезжал на площадку, а когда не мог присутствовать, был с нами на связи и слышал все, что происходило. Я постоянно об этом забывала! Мы с Владом начинали болтать, обсуждать что-то, и вдруг я вспоминала: нас же слышат! Сергей Евгеньевич много разговаривал с Владом. Помню, снимаем сцену, я играю ее со своей стороны, и тут Влада отзывают на разговор с Жуковым. Он просит его сыграть что-то определенное, чтобы сцена получилась такой, как ему нужно. Было интересно за этим наблюдать.
— Вы с Владом сразу нашли общий язык?
— Да, хотя до этого мы только пробовались вместе. Нас даже дважды утверждали в одни проекты, но до совместных съемок так и не дошло. Честно говоря, я боялась, что встречу артиста, у которого уже началась звездная болезнь. А встретила прекрасного человека, с которым можно поговорить обо всем! Иногда приходилось себя одергивать: «Соберись, вы на работе!» Но как только объявляли перерыв, мы снова начинали разговаривать. И работать с Владом очень комфортно. Люблю партнеров, с которыми не нужно заранее придумывать каждую реакцию. Вы просто входите в кадр и взаимодействуете. Мне кажется, так и должно быть.
— Помимо съемок, у вас насыщенная театральная жизнь: «Каренина», «Белая гвардия», «Пигмалион». Есть среди этих спектаклей тот, который сейчас особенно вам близок?
— Не могу выбрать. Они настолько разные, и каждый по-своему сложный. Помню, сыграла «Каренину», вышла и думаю: «Нет, это невозможно. Так тяжело, сложно, больно. Скорее бы «Пигмалион». Потом играю «Пигмалиона»: «Все мышцы, все нервы устали. Вот в «Белой гвардии» я по-настоящему получу удовольствие от спектакля!» А после «Белой гвардии» сорок минут сижу в гримерке, не могу прийти в себя. Во всех трех спектаклях у меня от любви до ненависти один шаг. Наверное, это нормально: спектакль — живой организм, и я каждый раз чувствую себя по-разному.
— При такой занятости получается оставлять время для себя?
— Этим летом я осознанно взяла перерыв в съемках. Захотелось настоящего лета и возможности быть с Ильей. В прошлом году мы почти все время провели порознь, за исключением совместного отпуска. Месяц, два, три еще можно, но почти целый год для меня уже перебор. Поэтому летом я старалась быть рядом с мужем, когда могла. Хотя бы не возникало ощущения, что мы опять в разлуке.
— Вы рассказывали, что однажды за пять месяцев виделись всего десять дней. Со временем такое легче переносить?
— Наоборот, сейчас переживаю расставание гораздо тяжелее. Мы полностью доверяем друг другу, все в порядке, но как будто натягивается нить, которая нас связывает. Привыкаешь быть вместе и потом буквально физически ощущаешь расстояние.
— После свадьбы вы рассказывали, как вам нравится говорить «мой муж». Сейчас, спустя три года, что вы чувствуете, произнося эти слова?
— Мне до сих пор нравится называть Илюшу мужем. Просто раньше это было что-то новое, а теперь звучит так же естественно, как его имя. И за словами «мой муж» стоит ощущение, что я не одна.
— Третью годовщину свадьбы удалось провести вместе?
— Да, сходили в ресторан, обсуждали прошедший год. Оба были заняты работой, но все-таки вырвались. Мы договорились, что каждый год, несмотря ни на что, в этот день должны быть вместе. Наши агенты об этом знают, за что им большое спасибо: у нас в календаре эта дата отмечена как выходной.
— В фильме вы рассказываете историю любви и непростых отношений. Работая над ролью, поняли что-то новое для себя о том, как сохранить близость в браке и пройти вместе через трудности?
— Помню, на свадьбе нам с Илюшей очень часто желали терпения. Особенно люди старшего поколения. Наверное, это было самое частое пожелание, и нас оно удивляло. Мы женимся, у нас такой счастливый период, безумно любим друг друга, решили связать свои жизни, а нам желают терпения. В смысле — терпения? Работая над фильмом, я поняла, о чем шла речь. Жизнь сложная и непредсказуемая. Как бы люди ни любили друг друга, важно уметь сохранять между собой связь. И терпение для меня именно в этом. В том, чтобы верить, ждать, любить. Проявлять мудрость. Мне кажется, это одна из основных тем фильма.
— А что стало главным открытием за три года брака?
— Что даже самого близкого человека невозможно узнать до конца. Вы признались друг другу в любви, поженились, кажется, куда уж больше доверия и открытости? Но каждый человек — огромный мир, и он постоянно меняется. Как и ты сама. Хорошо, когда появляется уверенность друг в друге. Но нельзя решить: «Я человека уже знаю» — и успокоиться. Мы себя-то не до конца знаем. Хотя в этом есть что-то прекрасное: вы все время новые друг для друга. Поддерживает огонь в отношениях.
— В этом году вам исполнилось тридцать. Почувствовали, что перешагнули какой-то внутренний рубеж?
— Наверное, лет до двадцати девяти у меня был страх, что я старею. А потом случился момент, о котором теперь рассказываю друзьям, особенно тем, кто переживает из-за возраста. В день рождения мне позвонила подруга Кристина Райская и сказала: «Поздравляю! Наконец-то мы стали теми тетями, которые могут делать что хотят, когда хотят и ни на кого не оглядываться». Я подумала: а ведь правда!
Сначала ты растешь, учишься, все время кому-то что-то должна. Потом институт, первые шаги в профессии, опять нужно что-то доказывать. К тридцати все это уже немного опостылело. Наконец-то я могу спокойно сказать «нет». Работать там, где интересно, дружить с кем хочется, встречаться с теми, кого приятно видеть. Понятно, что могла и раньше, но почему-то не получалось. А сейчас словно развязались руки, и я получаю от этого огромное удовольствие. Некоторые подруги говорят: «Это тебе еще не тридцать пять!» А кто-то недавно пообещал: «В сорок еще увидишь, какие будут тусовки!» И мне нравится такая перспектива!
Подпишись на наш канал в Telegram