Антон Хабаров много лет в профессии, но новая волна популярности настигла его после выхода первых сезонов сериала «Казанова». Теперь зрители с двойным интересом приходят в театр — посмотреть на Антона в роли Дон Жуана, Астрова или Кречинского. А очередную творческую встречу со зрителями актер проведет… в Кремлевском дворце. Мы поговорили с Антоном о том, что нас ждет в третьем сезоне «Казановы», каково это — находиться 25 лет в браке с женой-актрисой — и почему сын и дочь не хотят стать артистами.
— Антон, совсем скоро на экраны выйдет долгожданное продолжение сериала «Казанова». Как вам кажется, почему зрители так полюбили этого героя? И как так вышло, что все на его стороне, а не на стороне милиционера, который пытается поймать мошенника?
— Очень сложный вопрос… Думаю, сострадание к таким личностям вообще в нашей культуре. Вот Остапа Бендера у нас же любят, а он тоже авантюрист. Но в нем есть какое-то внутреннее одиночество, что ли. А так как Россия — женская страна, женский мир, то это вызывает сочувствие у большой аудитории. Мой герой Апрельцев — как ни странно это прозвучит — благородный мошенник. Женщинам, с которыми встречается, он дает то, чего не может им дать никто. А деньги… Мне кажется, это здорово, что люди, которые смотрят сериал, понимают, что в принципе деньги большой значимости в поисках счастья не имеют. Важнее то, что Апрельцев по-настоящему влюбляется и отдает женщинам значительную часть себя. Думаю, в этом и кроется секрет моего персонажа, и потому никто на него и не жалуется. Деньги приходят и уходят, а чувство счастья остается — его ведь в жизни мало. Как говорил Жванецкий: «Я больше счастлив, чем доволен». Мгновения счастья редко можно испытать, а Апрельцев это дает своим мимолетным возлюбленным.
— Раскройте секреты, чем особенно привлекателен новый сезон?
— Кардинальных изменений не будет, и, считаю, это неплохо. Сериал все-таки смотрят не за «что», а за «как». Понятно, что Апрельцев снова обманет, но какой будет его новая афера — всегда интрига. Могу сказать, в этот раз мы работали над его новыми воплощениями еще более старательно, чем раньше. Ведь я уже кем только не был: и археологом, и океанологом, — честно говоря, уже не всех помню. Знаете, мне кажется, самая большая ошибка, когда создатели таких проектов, уже полюбившихся зрителю, хотят придумать что-то принципиально новое. Нужно ли это?
— Да-да, я порой сталкивалась с подобным в любимых сериалах. Антон, условия съемок были не райские? Вы же и на Камчатку ездили, и в лесу снимались, и в море ходили.
— Да, терпели и холод, и дождь, и сырость, когда ты несколько часов не можешь просушить одежду. Гонялись за солнцем. Ну и как всегда, когда надо снимать лето, на улице холод. Но мы старались ни на что не обращать внимания. Все чувствовали, как люди ждут продолжения, а это большая, большая редкость. Вообще задача «Казановы» — поднять зрителю настроение. Просто чтобы люди посмеялись, улыбнулись. В наше время это очень нужно.
— Почувствовали изменение отношения массового зрителя к себе как к актеру?
— Конечно. Считаю, что на сегодняшний день это моя, возможно, самая лучшая роль. У меня есть другие хорошие, успешные проекты, но такую степень внимания и любви зрителей я получил именно через «Казанову». Уж очень широкая аудитория его смотрит. Знаете, я вместе с женой веду передачу на НТВ «Мои университеты» — для студентов, которые не знают, куда пойти учиться, рассказываю о вузах страны. И вот мы приезжаем в Екатеринбург, в Уральский федеральный университет и идем на факультет, где исследуют метеориты. Мне там, кстати, подарили кусочек от пояса Сатурна — представляете, у тебя дома лежит камешек с далекой планеты! Ко мне выходит профессор Виктор Иосифович Гроховский, серьезный человек, у меня с ним большое интервью. И вдруг он спрашивает: «Что будет в следующей серии-то?» Я сначала не понял: «В какой серии?» — «Ну, в «Казанове» что будет, расскажи». Я даже смутился. Оказалось, что Виктор Иосифович не только сериал смотрит, но и на мои спектакли «Дон Жуан» и «Дядя Ваня» приводит своих внуков. Было очень приятно. Эта встреча еще раз мне показала, насколько большой круг самых разных людей смотрит наш сериал. И отнюдь не только женщины.
— Многие теперь идут в театр «посмотреть на Апрельцева»…
— Конечно. Им нравится артист, они и идут. Это нормально. Я, когда выбираю, куда сходить, тоже смотрю на две вещи: кто режиссер и какие актеры играют. И вдвойне приятно, когда человек начинает интересоваться тобой как артистом — не только смотрит сериал по телевизору, но и в театр идет, и в интернете ищет информацию, и журнал «7 Дней» купит с нашей беседой. (Улыбается.)
— Антон, совсем недавно вы отметили 45-летие. Что чувствуете? Мы с вами одногодки и уже не молодежь. Как отпраздновали этот день?
— Мы совсем с вами не молодежь. Как говорит герой пьесы Александра Гельмана: «Ты такая, но ты — не такая…» (Улыбается.) Я не люблю шумные компании. То есть могу пойти на актерскую вечеринку, но такие праздники, как Новый год и день рождения, стараюсь проводить с семьей. Поэтому мы все вместе поехали на Мальдивские острова.
— Любите полежать на пляже или ездите, активно изучаете новые страны, места?
— По возможности обязательно ездим, изучаем. Но Мальдивы — одно из лучших мест в мире, где можно понырять и посмотреть подводную красоту. Дочь Алина в этом году сдала на сертификат по дайвингу, погрузилась на 16 метров. Алина очень любит рыб, хочет быть волонтером, помогать очищать окружающую среду. Пишет доклады о водных обитателях, изучает, фотографирует. Так что на пляже мы не лежим — плаваем, погружаемся и потом, измученные, уставшие, так как вода забирает много сил, спим, а на следующий день —снова в море. У нас активный отдых.
— Цифра 45 заставила задуматься о возрасте?
— Это у меня чуть раньше произошло. Пришло осознание, что уже не юноша, что популярность вскоре уйдет… Я очень много отдал профессии. И сейчас порой подумываю о том, чем буду занимать освободившееся время, которое у меня появится. А оно появится…
— Ну не знаю, я всех убеждаю, что вы только начали раскрываться как артист и вся ваша настоящая слава еще впереди…
— Спасибо. (Улыбается.) Надо всегда готовить запасной аэродром, мало ли, все бывает в этой жизни. И по-разному складывается карьера. Очаровываться особенно нечем, зная судьбы артистов и советских, и российских. Популярность — самая зыбкая вещь, которая имеет свойство моментально исчезать, и ориентироваться на нее, мне кажется, просто недальновидно.
— Я порадовалась за вас с Еленой, когда вы не так давно отметили серебряную свадьбу — 25 лет совместной жизни! Честно признаюсь, у меня нет ни одной знакомой пары, прожившей вместе столько времени. И видно, что вы все так же хорошо друг к другу относитесь.
— Это правда. Но я никогда не говорю в интервью, что это легко, зачем вводить людей в заблуждение? Оба партнера должны прикладывать усилия для того, чтобы семья сохранялась. Естественно, когда 25-й год вместе, на какие-то вещи ты уже меньше обращаешь внимания, но все равно, чтобы быть рядом такой долгий срок, приходится трудиться. Есть, правда, один важный момент: работать над отношениями имеет смысл только в том случае, если ты уверен, что с этим человеком ты хочешь прожить жизнь...
— То есть все равно главенствует любовь, чувства.
— Конечно.
— Мне кажется, первые десять лет люди очень требовательны друг к другу и пытаются что-то изменить. А потом ты вдруг понимаешь, что взрослого человека поменять невозможно…
— Да, абсолютно. Сначала пытаешься изменить. Потом тебя раздражают недостатки человека. Далее ты над ними начинаешь смеяться. Затем они тебя умиляют. А вскоре ты просто перестаешь на них обращать внимание. Это такие ступеньки, которые проходят все крепкие пары.
— Я вот всегда пыталась понять, каково это, когда вы и в театре вместе репетировали и играли, и еще домой вернулись вместе. Не устаете друг от друга? Или, наоборот, классно, что можно поговорить о работе?
— Классно, что можно обсудить роль, классно играть вместе. В моем случае это так. Может быть, сложнее идет подготовка к спектаклю, потому что по-другому происходит настрой на роль, когда твой партнер — близкий человек. Другое чувство правды, поэтому настройка тоньше. И конечно, репетиционный процесс и день премьеры всегда немножечко нервные. Но зато удовольствие на сцене и для зрителя, и для нас двойное.
— Здорово, когда в семьях присутствует юмор. Я была потрясена, когда ваша супруга подменила другую актрису и неожиданно вышла к вам на сцену. Кажется, это называется «зеленый спектакль»…
— Да, Лена во время юбилейного спектакля «Нашла коса на камень» поймала коллегу за кулисами, говорит: «Переодевайся, снимай свой костюм». И вышла в роли цыганки. Я в этой сцене предлагаю руку и сердце девушке, а цыганка выходит и говорит: «Нет, с ней у тебя ничего не получится». И вдруг, представьте, вижу свою жену! Это было очень неожиданно и смешно. Я не смог скрыть своего удивления, просто раскололся: спросил, что она тут делает, а потом начал смеяться, не мог остановиться. В такой момент понимаешь, что тебе легче заползти за кулисы, поскольку следующую реплику ты произнести не сможешь. Партнеры тоже смеются, отворачиваются от зрительного зала. А тут и люди в зале подхватывают… В общем, сюрприз удался для всех.
— Антон, расскажите, пожалуйста, о детях. Не собираются ли они пойти по вашим с Еленой стопам?
— Вовсе нет! Сын Владислав учится в Университете дружбы народов, на экономическом факультете, ему интересно разбираться, как устроена инфраструктура больших городов… Я в этом не силен. У нас порой происходят экономические споры, с утра за завтраком. Сын рассказывает очень интересные вещи, например, про страны, про которые я даже не знал. У него вообще оригинальное мировоззрение. После наших разговоров у меня иногда меняются взгляды на какие-то вещи.
Что касается нашей профессии, мне кажется, дети слишком насмотрелись на ее обратную сторону, о которой сами артисты мало распространяются. Сын и дочь всецело понимают, что актер — не просто аплодисменты и цветы на авансцену. Если правильно, с полной отдачей этой работой заниматься, она отнимает очень много сил. Но нужно учитывать и особенности нашей семьи: я всегда много работал, а у Лены было больше времени на детей. Она занималась с ними, водила во всевозможные секции. Наши дети не были «отравлены» театром, они вообще никогда не были за кулисами.
— То есть Елена, по сути, показала им самые разные возможности реализации?
— Да, они всегда знали, что жизнь гораздо шире, чем театр или кино, и они могут выбрать. Кстати, у Владика был период, когда мы с ним вместе снимались в «Триггере». Он прошел пробы, снялся, а потом сказал: «Нет, пап, это все какое-то чересчур экзальтированное… Эмоциональная профессия. Совсем не моя история». Хорошо, что попробовал и получил свое представление. Алина тоже ходила в театральные кружки. Сказала: «Пап, мне больше нравятся рыбы». И я очень рад, что каждый из них нашел то, чем хочет заниматься, причем в юном возрасте. Это важно.
— Антон, не могу не спросить про ваше увлечение. Вы ведь серьезно занимаетесь шахматами.
— К сожалению, для того, чтобы двинуться дальше и подойти хотя бы к первому разряду, мне просто не хватает времени. Так что шахматы остаются моим большим хобби. На отдыхе играю постоянно. Участвую в турнирах, ведь сейчас все можно организовать онлайн. Если у меня отпуск, по два с половиной часа в день занимаюсь, шахматы — большая часть моего досуга, и мне это очень нравится. Ну а для того, чтобы перейти на следующий уровень, нужно много тренироваться.
— Я еще видела и радовалась, что вы вместе с друзьями участвовали в велогонке.
— Да, летом много катаюсь на велосипеде. Сейчас, чтобы зимой не выходить из формы, даже взял в аренду велосипедный тренажер. Помогает справиться со стрессом. Может быть, я бы и не катался, если бы это не приводило меня к душевному равновесию. Конечно, я себя немножечко заставляю, потому что после спектакля лежу в лежку. Но знаю, надо собраться, выйти из дома — и потом станет легче. И если у меня хандра, то я какую-нибудь интересную лекцию включаю в телефоне, наушники в уши — и поехал на велосипеде. Классная штука!
— Антон, 5 марта вы проведете свой творческий вечер в Кремлевском дворце. Зал Губернского театра уже не вмещает всех желающих, помню, как за 10 минут была продана половина билетов. Но… как вы туда попали?
— Это какое-то чудо. В Кремлевском дворце проходил вечер памяти Сергея Есенина. Сергей Безруков собирал команду артистов, пригласил и меня. После выступления ко мне в гримерку пришла организатор концерта и предложила провести творческую встречу со зрителем в Кремле. Конечно, я ответил «да!». (Улыбается.) Готовлю для этого вечера программу, прочту стихи, прозу. Но самое главное — общение со зрителями. Со своей аудиторией я редко встречаюсь один на один, а тут можно откровенно поговорить. В Губернском театре подобные встречи уже не раз проходили, и всегда очень много вопросов. И из других городов многие приезжают. Знаете, я тут недавно у себя в соцсетях провел опрос среди подписчиков: откуда вы, кто по профессии? И был удивлен, насколько интеллигентная публика собралась: и учителя, и преподаватели, и врачи. Мне это дает возможность разговаривать с людьми на одном языке, не нужно их, в плохом смысле этого слова, развлекать. Можно поговорить на разные темы — глубокие, философские, даже, может быть, с первого взгляда скучные… Меня выслушают, и я выслушаю их. Поэтому на этом вечере, а я уверен, там будут мои подписчики отовсюду, вопросы зададут интересные. Очень жду встречи.
— Как думаете, Антон, если б вы не были настолько симпатичным мужчиной, возможно, и не имели бы такой огромной армии поклонниц? И не пришли бы они поговорить на философские серьезные темы…
— Ну, мне мужчины-поклонники особо и не нужны. Признаюсь честно, откровенно. (Смеется.) Россия — страна женщин, и я как-то не горюю вообще. Наоборот, горжусь.
Подпишись на наш канал в Telegram