«Каждый приход Олега Павловича Табакова к студентам становился событием. Он нам рассказывал одни и те же истории, но каждый раз они обрастали все новыми подробностями и по-разному заканчивались. Так что мы всегда слушали как в первый раз. Олег Павлович был еще тот сказочник. Он вообще любил производить эффект», — рассказывает Степан Девонин, сыгравший главную роль в фильме «Человек, который смеется».
— Степан, 26 февраля выходит фильм «Человек, который смеется». В картине звездный состав: Евгений Цыганов, Сергей Гармаш... Как вам работалось вместе?
— Сценарий меня сразу захватил. Я уже работал и с режиссером Володей Коттом, и с оператором Максимом Колигановым. Да и с Евгением Цыгановым мы были на тот момент знакомы, правда, не по кинопроектам, а в жизни. Евгений — большой профессионал, прекрасный актер и отличный человек. И роль у него очень непростая: он может выражать свои эмоции только смехом. И в какой-то момент у него даже стало сводить скулы от смеха и живот болел. Но это не мешало нам шутить и веселиться за кадром.
А вот с Сергеем Леонидовичем Гармашом я работал впервые. Могу сказать: на площадке он ведет себя очень спокойно. Как все большие мастера, он послушный артист, доверяет режиссеру. И прекрасный, слышащий партнер. Говорят, он человек непростой, строгий. Но я никаких ужастиков не видел. Может, у него хорошее настроение было. (Улыбается.)
— Из-за названия фильма, отправляющего к Гюго, все будут искать параллели с его произведением. Вы как относитесь к переложению классических сюжетов в современность?
— Все зависит от результата. У нас все-таки в первую очередь это комедия, со своим оригинальным сюжетом. С историческим романом ее роднит только название. Наш герой — это человек, который все время смеется. Надеюсь, у нас все хорошо получилось. Картину я еще не видел. Не люблю смотреть материал до выхода. Так что всей семьей пойдем смотреть фильм в день премьеры.
— Степан, многие актеры говорят, что мечтали об этой профессии с детства. С вами было так же?
— Нет! Я хотел стать ветеринарным врачом. Да и семья моя с искусством никак не связана. Папа работал слесарем, а мама — учителем математики. Мое детство прошло в Смоленской области, в поселке городского типа Верхнеднепровский, который известен разве что своим заводом азотных удобрений. В детстве я ходил в художественную школу и серьезно увлекался рисованием. Даже думал, что буду поступать в художественный техникум.
— А почему не стали?
— Любовь к животным перевесила. Я кошек отбивал у хулиганов, потом сам получал по морде, а кошки убегали. Еще я обожаю собак, у меня их было несколько — это просто уникальные звери, которые живут рядом с человеком. Школу я окончил с серебряной медалью, и, сдав один экзамен в ветеринарную академию имени Скрябина в Москве на пятерку (еще не было этих всех ЕГЭ), сразу был в нее зачислен. Там я проучился ровно год. А потом... поступил в Школу-студию МХАТ.
— Как это произошло? Что-то толкнуло вас?
— Я не знаю. Ничего не толкнуло. До того как я поступил в Школу-студию МХАТ, я даже ни разу не был в театре. Я просто очень захотел стать актером. Попробовал силы почти везде. В ГИТИС меня не взяли, в «Щуке» дошел до третьего тура. В итоге поступил в Школу-студию МХАТ на курс Михаила Андреевича Лобанова и Алексея Геннадьевича Гуськова.
— А как вы готовились? Педагога нанимали?
— Какого педагога мог нанять мальчик из деревни? У меня были деньги только на метро, чтобы доехать до Камергерского переулка. Я какие-то стихи вспомнил, которые в школе еще учил, их и прочел. Помню, как Михаил Андреевич Лобанов сказал: «Мальчик, то, что ты прочел, — полная… ерунда». Он не это слово произнес, а более… выразительное. «Вот это выучи и приходи к нам на второй тур».
— То есть вы понравились, а материал нет.
— Да. И я все это выучил и пришел на второй тур. А на итоговом прослушивании сидели уже все педагоги и мастера студии и, конечно, Олег Павлович Табаков.
— Каким вам запомнился Табаков? Вы пересекались в период учебы?
— Собственно говоря, этот курс, который Алексей Геннадьевич взял, должен, вроде бы, был набирать Табаков. Но там как-то все переигралось. Каждый приход Олега Павловича к студентам становился событием. Он нам рассказывал одни и те же истории, но каждый раз они обрастали все новыми подробностями и всегда по-разному заканчивались. Так что мы всегда слушали как в первый раз. Олег Павлович еще тот сказочник. Он вообще любил производить эффект. Если приходил на премьерный спектакль, специально опаздывал, заходил в зал, и, естественно, все смотрели только на Табакова. Это как театр одного актера, он этим наслаждался. Мог во время спектакля взять и начать есть бутерброд какой-нибудь. Издевался над артистами на сцене. (Улыбается.)
— Вы помните свои ощущения после поступления?
— Мне казалось, что я попал в сказку. Это было счастье безостановочное. Все педагоги были потрясающими, мне крупно повезло. Они не учили, не заставляли, а рассказывали. Брали за руку и говорили: «Пойдем вместе, будет интересно». Я смотрел на них с открытым ртом. Это была еще та, старая система преподавания. А на третьем курсе я снялся у Никиты Сергеевича Михалкова в продолжении «Утомленных солнцем»…
— Как вы попали в эту команду?
— Благодаря обычным фотопробам. Требовался рост 183 сантиметра, как у кремлевских курсантов. Именно по этому принципу меня и отобрали. Всех курсантов играли студенты театральных вузов. У меня, кстати, даже была роль со словами в эпизоде с Евгением Мироновым. Нам сшили оригинальную одежду, точно как у военных в те времена. И мы были потрясены. Как люди в этом сражались? Шинели не греют, колом встают, сапоги неудобные. Это ад просто. Притом что нам выдавали теплые носки, термобелье, а у советских бойцов всего этого не было...
— Вам удалось понаблюдать, как работает Никита Сергеевич?
— Конечно! Он невероятного обаяния человек. Влюбляет в себя просто в одну секунду. Это что-то такое, природное. С актерами Никита Сергеевич был очень вежлив и деликатен. Никогда не повышал голос, объяснял, показывал. Это было счастье — в столь юном возрасте поработать с Михалковым.
— Помните, на что вы потратили свой первый гонорар?
— Страшно сказать, я заработал тогда 200 тысяч рублей! Это были баснословные деньги. Купил себе ноутбук, а остальные деньги маме перечислил.
— А почему вы оказались после окончания вуза в питерской Александринке, а не в московском театре?
— Меня Олег Павлович Табаков вроде как должен был взять во МХАТ, но что-то не сложилось. Государственную комиссию, которая нас в тот год выпускала, возглавляла Лия Меджидовна Ахеджакова. Она договорилась с Фокиным, чтобы он посмотрел меня. Но продержался я в Александринке всего год. Это очень непростой город, Питер, я просто не смог там жить. И хотя мне дали от театра квартиру, я все бросил и вернулся в Москву.
— В какой момент вы встретили будущую жену?
— В 2008 году я поехал сниматься в фильме «Шапито-шоу», где я играл сына героя Мамонова, и там познакомился с Наташей, она работала на плейбэке. Уже будучи режиссером музыкальной картины, она окончила курсы в киношколе у Марины Александровны Разбежкиной. У Наташи на тот момент, как у режиссера, уже было три фильма. С «Шапито-шоу» у нас все и началось... А потом в моей жизни был тяжелый период простоя. Предложений не было, про меня все забыли. Я не снимался, даже на пробы не ходил, сидел с маленькой дочерью, а Наташа работала.
— Тяжело было?
— Зато я увидел, как дочка пошла, это дорогого стоит. Но, конечно, я переживал. Надо было на что-то жить, квартира съемная, а зарабатывала одна Наташа, она снимала телевизионные фильмы... Сейчас я вспоминаю то время с теплотой. А тогда — тоска зеленая. И в театре не работаю, и на съемки не зовут. Я уже был готов куда угодно податься, чтобы деньги в семью приносить — хоть в таксисты. Но потом случился прорыв.
— А что же стало светом в конце тоннеля?
— Фильм «Сердце мира», сценарий к которому мы писали вместе с Наташей и где у меня была главная роль. Я получил приз за лучшую роль на «Кинотавре». И тут про меня вспомнили, вскоре утвердили в сериал «Мир! Дружба! Жвачка!». И понеслось...
— Сейчас вы очень востребованы, проекты идут один за другим. Как вы все успеваете?
— Как говорил Олег Павлович Табаков: наше дело веселенькое. Мы в жизни испытываем боль, а актер на сцене или в кино, когда плачет, получает невероятное удовольствие. Да, съемок много, было такое, что в день работал сразу на трех съемочных площадках. Ранняя утренняя смена, дневная и потом ночная. Ну ничего, нормально. Можно в машине поспать, пока везут на съемки. Слушайте, это не профессия хирурга, который по несколько операций в день делает, или шахтера, который рискует жизнью в забое. Вот там люди пашут! А тут-то чего? Мы просто дураки, клоуны. (Улыбается.)
Фильм «Человек, который смеется» повествует о популярном актере Дмитрии (Евгений Цыганов), получившем выгодное предложение сняться в роли киллера от богатого бизнесмена Сергея (Сергей Гармаш). Степан Девонин сыграл агента Дмитрия. Во время съемок фильма о 90-х годах актер получает травму от выстрела дробью. И теперь после операции любые переживания выливаются у него в непроизвольный смех. При этом Дмитрий уже не может отказаться от роли киллера, чтобы не «огорчить» нанимателя.
Подпишись на наш канал в Telegram