Многократный чемпион по боевым искусствам и учитель карате, этот актер стремительно ворвался в мир славы благодаря боевикам 1970—1990-х годов, таким как «Путь дракона», «Без вести пропавшие» и, конечно, многосерийной драме «Крутой Уокер: Правосудие по-техасски».
Смерть Чака Норриса потрясла его поклонников и коллег своей внезапностью. 10 марта, в 86-й день рождения (за девять дней до ухода из жизни), актер порадовал подписчиков видео, где боксировал с тренером. Известно, что он занимался спортом каждый день, несмотря на то что в 2017 году случился второй инфаркт...
В своем публичном заявлении семья Норриса отметила, что желает сохранить обстоятельства, связанные с его смертью, в тайне: «С тяжелым сердцем мы сообщаем о скоропостижной кончине нашего любимого Чака Норриса. Для всего мира он был мастером боевых искусств, актером и символом силы. Для нас же он был преданным мужем, любящим отцом и дедушкой, замечательным братом и сердцем нашей семьи. Он прожил свою жизнь с верой, целеустремленностью и непоколебимой преданностью людям, которых любил. Своим трудом, дисциплиной и добротой он вдохновил миллионы людей по всему миру и оставил неизгладимый след во множестве судеб. Хотя наши сердца разбиты, мы глубоко признательны за те незабываемые мгновения, которые нам посчастливилось разделить с ним. Любовь и поддержка, которые он получал от поклонников со всего мира, значили для него очень много, и наша семья искренне благодарна за это. Для него вы были не просто поклонниками — вы были его друзьями».
Вопреки своему экранному образу, в автобиографии под названием «Секрет внутренней силы: Моя история» Карлос Рэй Норрис (имя Чак он получил, когда служил в армии) рассказал, что в детстве и юности он не был сильным и уверенным в себе человеком. Его отец Рэй, механик и шофер грузовика, уходил в запои, длившиеся по нескольку месяцев, и все заботы по содержанию троих сыновей ложились на плечи его жены Уилмы. Испытывая стыд за бедственное положение своей семьи, старший из сыновей страдал от болезненной застенчивости, а физические и психологические комплексы преследовали его и во взрослой жизни.
«Работа над книгой стала для меня своего рода терапией. Она помогла мне избавиться от обиды на отца. Теперь я понимаю, что его пьянство было болезнью — недугом, который он не мог контролировать. Раньше же я думал о нем лишь как о беспробудном пьянице. По-настоящему пить отец начал, лишь вернувшись со Второй мировой войны. Поначалу, когда он напивался, бывал довольно весел. Но со временем алкоголь сделал его очень злым и агрессивным. Он мог исчезнуть на два-три месяца, а затем внезапно вернуться, немного поработать и снова все бросить». Уилма бралась за любую работу, поскольку у нее было лишь девять классов образования, но зато в доме не было напряжения, необходимости ходить на цыпочках, которая возникает, когда рядом находится человек, способный в любой момент взорваться от ярости. Когда отец был дома, сыновья боялись приглашать друзей — никогда не знали, в каком состоянии он вернется и как себя будет вести.
Как-то Рэй в очередной раз исчез. Мать работала в кафе, а жили они этажом выше. Вдруг около полуночи явился отец и объявил, что они уезжают. Им пришлось выбираться из квартиры тайком, потому что нечем было заплатить за аренду жилья. «Отец был пьян в стельку. Когда мы ехали через пустыню, машину начало бросать из стороны в сторону. Мама кричала, что он нас всех погубит. Мы с братом Виландом плакали. Наконец отец остановил машину и заорал: «А ну, выметайтесь все!» Он собирался просто высадить нас прямо посреди пустыни. Мама умоляла его, и в конце концов он все-таки отвез нас к бабушке».
Чаку пришлось взять на себя обязанность присматривать за младшими братьями: «Я повзрослел раньше своих сверстников. Чувствовал себя главой семьи, хотя, конечно, мне очень не хватало отцовского внимания. Самой большой моей проблемой была низкая самооценка — пожалуй, именно она и была главной причиной моей застенчивости. Я постоянно боялся сказать что-нибудь не то, поэтому старался помалкивать. Мама внушала мне, что жизнь не так плоха, как кажется. Но я так и не научился ни играть в мяч, ни постоять за себя, не получив от отца того мужского наставления, которое так необходимо сыну».
Когда Чаку исполнилось шестнадцать лет, мать наконец решила, что с нее хватит, и ушла от отца: он вернулся домой пьяным и ударил ее. «Она вышла замуж за очень хорошего человека — своего коллегу по работе, — а мне было совершенно безразлично, увижу ли я отца когда-нибудь снова. Но однажды он вернулся. Пьяный, поджидал у дома моего отчима. Я сказал: «Ты его и пальцем не тронешь». Он спросил: «И ты меня остановишь?» Всю свою жизнь я панически боялся отца, но ответил: «Если придется». Тогда я не умел драться, но мы вышли на задний двор и встали друг против друга. Он не испугался, но в конце концов сел в машину и уехал. Спустя шесть лет я случайно встретил его на улице — и это был последний раз, когда я его видел, вплоть до 1971 года, когда мне довелось заниматься организацией его похорон».
Младший брат Чака Аарон пошел по его стопам, став экспертом в карате и каскадером. А средний брат Виланд погиб во время вьетнамской войны.
Поворотным моментом в жизни Норриса стала служба в морской пехоте, куда он вступил после окончания школы. Вскоре его отправили в Корею. Именно там он начал заниматься боевыми искусствами: «Я проявил упорство, получил черный пояс — и это был первый случай в моей жизни, когда я самостоятельно добился чего-то важного». После демобилизации в 1962 году Норрис работал делопроизводителем в оборонной компании и учил сослуживцев по их просьбе карате. Сначала договорился провести показательное выступление, которое должно было сопровождаться рассказом: «Я репетировал речь две недели. Но когда подошел к микрофону, все мышцы сковало от напряжения, и меня бросило в холодный пот. Я помню, как представился, но потом все словно окутало туманом. Тогда я впервые заставил себя «разбить скорлупу» той неуверенности, которую носил в себе всю жизнь. И с тех пор я продолжал заставлять себя двигаться все дальше и дальше — пока полностью не преодолел этот барьер». Ожидая экзамена для поступления на службу в военную полицию, Норрис давал уроки на заднем дворе дома матери, а затем взял кредит, чтобы открыть первую школу карате. Выступал на соревнованиях (его послужной список на момент окончания спортивной карьеры в 1974 году составил 65 побед при 5 поражениях) и завоевал 6 титулов чемпиона мира по карате.
Сарафанное радио быстро сработало, и вскоре среди учеников оказалось и немало знаменитостей из Голливуда. Среди них жена Элвиса Пресли, Присцилла, и Стив Маккуин. Именно Маккуин настоятельно посоветовал ему попробовать себя в актерском деле: «Либо у тебя есть харизма, которая ощущается на экране, либо нет. Мне кажется, у тебя она есть».
В популярнейшем жанре голливудских боевиков в 80-е годы прошлого века борьба «на пьедестале» за первое и второе места шла между Арнольдом Шварценеггером и Сильвестром Сталлоне. «Бронза» же, вне всяких сомнений, принадлежала Чаку Норрису.
А преждевременная смерть Брюса Ли в 1973 году оставила вакантной и нишу суперзвезды фильмов о боевых искусствах — нишу, которую со временем, пусть и отчасти, заполнил Норрис. Чак познакомился с Брюсом Ли в 1967 году во время турнира в Медисон-сквер-гарден, и они стали друзьями. В 1972 году он появился на киноэкране в поединке с самим Ли в фильме «Путь дракона», где они вместе поставили хореографию для сцен боя. Поскольку оба актера были профессиональными бойцами, им не требовались ни дублеры, ни приемы монтажа, призванные скрыть огрехи с помощью хаотичной смены кадров. Их поединки снимались средним и общим планом, что позволяло сохранить ощущение целостности и реальности происходящего.
Став звездой таких динамичных боевиков, как «Одинокий волк Маккуэйд», «Без вести пропавшие» и «Вторжение в США», Норрис приобрел огромную армию поклонников. И хотя эти фильмы отличались жестокостью и изобилием крови, актер настаивал на том, что за ними стоит определенная философия: «Я не провоцирую насилие — я наношу ответный удар. В моих фильмах я всего лишь оказываюсь в ситуации, с которой вынужден справляться». Норрис видел себя и своих героев как своего рода «исправителей», призванных в одиночку противостоять преступникам: «Киноиндустрия остро нуждается в подобном экранном образе — особенно после череды антигероев 60-х и 70-х годов, которые пропагандировали употребление наркотиков и наносили вред обществу… Я никогда не соглашусь сыграть наркомана или алкоголика. Когда идет борьба добра со злом — и хорошие парни побеждают, — это правильно. К сожалению, в нашем обществе так бывает не всегда... Приятно иметь возможность снимать фильмы, глядя на которые люди говорят: «Вот как все должно быть в реальной жизни». Думаю, именно поэтому я и добился такого успеха».
По словам Норриса, он отклонил около дюжины предложений с телевидения, прежде чем ему предложили роль в сериале «Крутой Уокер». «Мне понравилась идея современного вестерна. В этом проекте была и динамика, и глубина человеческих взаимоотношений, а также юмор, присущий персонажам, с которыми мне предстояло работать».
Первый раз Норрис женился на школьной подружке Дайан Холечек, когда ей было 17, а ему 18 лет. И сразу же ушел служить в армию. Дайан поддерживала мужа во всех его начинаниях, сопровождала на съемки, когда он начал актерскую карьеру. Что не помешало ему завести роман с девушкой, которой он «забыл» сказать, что женат. Она же, в свою очередь, когда он уехал, не сочла нужным сказать, что беременна. Дочь появилась в жизни Норриса, когда ей исполнилось 26 лет. Написала отцу письмо: «Я ваша дочь Дина от прошлых отношений. Я узнала, что вы мой отец, когда мне было 16 лет, но мама сказала, что вы женаты и мы не должны вмешиваться в вашу жизнь». Она предложила встретиться, и после некоторых колебаний он согласился: «Я смотрел на нее, а она на меня, и нас словно притянуло друг к другу. Мы обнялись и начали плакать».
«Когда я едва не потерял свою душу в Голливуде, мама молилась, чтобы я встретил женщину, которая изменит мою жизнь, и это сработало. Именно поэтому Бог послал мне Джину»
У Норриса с женой родились двое сыновей. Дайан постепенно уходила в тень, почти не появлялась на голливудских мероприятиях и премьерах. В 1988 году, после 30 лет брака, они объявили о разводе. Но остались в хороших отношениях. Когда Дайан умерла в прошлом году после долгой борьбы с деменцией, Чак опубликовал трогательный пост, посвященный бывшей жене: «После 30 лет совместной жизни мы сумели остаться близкими друзьями. Я всегда буду холить и лелеять воспоминания, которые мы с ней создали».
Брак со второй женой Норрис называл «заключенным на небесах»: «Джина — маяк Божьего света и любви, точно так же, как и моя мама». Бывшую модель Джину О’Келли он встретил на съемках очередного эпизода «Крутого Уокера» в 1997 году. Он не был одинок, но, увидев Джину, влюбился без памяти. Расстался с подругой и немедленно начал ухаживать за новой избранницей. Они поженились, и через три года после свадьбы она родила близнецов — дочь и сына. И они прекрасно общались с сыновьями Чака от первого брака — Майком и Эриком.
Свою любовь к жене Норрис доказал, когда она серьезно заболела и оказалась прикованной к больничной койке. Чак сдержал данное во время их брака обещание: быть рядом с ней и в болезни, и в здравии. Актер отложил карьеру и находился с женой 24 часа в сутки, фактически превратившись в ее сиделку. «Мой замечательный муж все это время лежал рядом со мной на диване и даже прочитал мне 17 книг», — вспоминала Джина. Казалось, в ее случае медицина бессильна. Но супруги не сдавались. И спасение пришло — в клинике альтернативной медицины, где она прошла курс лечения и смогла вернуться к нормальной жизни.
Хотя на экране излюбленным амплуа Чака был немногословный крутой парень, за пределами площадки он основал благотворительные фонды помощи детям и ветеранам, стал автором популярной колонки о здоровье и фитнесе, написал около десяти книг.
У себя дома в Техасе Чак продолжал тренироваться, перешагнув даже 80-летний рубеж. И хотя в последние годы он по большей части отошел от дел, его весьма забавляло, что он стал героем интернет-мемов — так называемых «фактов о Чаке Норрисе», которые в гиперболизированной и гротескной форме воспевали его легендарную крутость. «А вы знали, что меня укусила королевская кобра? — спрашивает он в одном из видео, добавляя со смешком: — И спустя пять дней мучительной боли кобра умерла».
В популярнейшем жанре голливудских боевиков в 80-е годы борьба на пьедестале за первое и второе место шла между Арнольдом Шварценеггером и Сильвестром Сталлоне. А «бронза», конечно, принадлежала Чаку Норрису
Елена Зайцева рассказывала «7Д», что у нее был роман с Чаком Норрисом: «Первым же утром Чак мне сказал: «Есть такие вещества, которыми травят людей. Вот ты мой сладкий русский яд!» Он признался, что обычно скрывает чувства. Боится показать слабость. Ну а со мной он ничего не боится... В один из приездов Чак подарил щенка — от своей собаки, американского ретривера. Сказал: «Чтобы ты меня не забывала!» Я назвала пса Чаком».
Подпишись на наш канал в Telegram