Лав-стори Мастроянни и Денев остается одной из самых гламурных и захватывающих романтических историй европейского кинематографа. Марчелло был женат и, несмотря на любовь к Катрин и то, что его брак давно превратился в формальность, не разводился с женой до конца своих дней.
Отношения между двумя звездами начались, когда итальянский актер уже был мировой знаменитостью, снявшись в фильмах Феллини «Сладкая жизнь» и «Восемь с половиной», а карьера француженки Катрин Денев тоже находилась на самом пике — вышли «Дневная красавица» и «Тристана» с ней в главных ролях. Роман не закончился браком. Марчелло был женат и по какой-то причине, ведомой, вероятно, только ему, так и не развелся, несмотря на то что отношения с женой давно превратились в формальность. И отнюдь не только из-за сложностей этой процедуры в католической Италии с ее суровыми законами относительно расторжения священных семейных уз. Хотя, по одной из версий, Мастроянни был так сильно влюблен в Катрин, что все-таки сделал ей предложение. И не один раз, а дважды. И оба раза получил отказ. Второй раз — уже после того, как Денев родила ему дочь Кьяру. Но хотя их с Катрин любовь не завершилась хеппи-эндом, чувства друг к другу никуда не исчезли и не потускнели со временем.
Мастроянни часто в своих воспоминаниях обращался к Денев, признавался близким друзьям, да и в интервью, как сожалеет об их разрыве, как тоскует и, вероятно, никогда не сможет избавиться от этого сильного и глубокого чувства. Бытует мнение, будто знаменитая меланхолия, которой предавались на экране герои Мастроянни, в немалой степени отражала его личные эмоции. Катрин, в свою очередь, признавалась, что Марчелло был ее главной любовью. «Мы были очень разные... Но разделяли глубочайшую жажду свободы и огромную любовь к жизни. Он был женат и часто называл себя «негодяем» из-за того, что не мог уйти от жены. Однажды признался, что хочет лишь одного — «всех сделать счастливыми».
А чего же хотела Катрин? Какие страсти и страдания скрывались за ее холодной, но такой нереальной красотой и строгим, как у настоящей недоступной королевы, нравом? В 17 лет Денев переехала жить к режиссеру Роже Вадиму, старше ее почти вдвое. Он был знаменит в том числе тем, что сделал звезду из Брижит Бардо, сняв ее в своем фильме «И Бог создал женщину». Брижит влюбилась в него еще подростком, в 15 лет, а когда ей исполнилось 18, он на ней женился. Вадим стал наставником и любовником Катрин, сняв ее в своем фильме «Порок и добродетель». Говорили, именно он настоял, чтобы Денев покрасила свои от природы каштановые волосы и превратилась в платиновую блондинку. Так или иначе, но этот цвет волос стал определяющим в ее образе. В 1963 году Катрин родила от Роже сына Кристиана, но вскоре пара рассталась — и 19-летняя Катрин стала матерью-одиночкой.
По иронии судьбы реальная жизнь уподобилась искусству, когда Денев утвердили на роль молодой матери в фильме-мюзикле «Шербурские зонтики», ставшем классикой мирового кино. Жак Деми, режиссер французской новой волны, так говорил о своей картине: «Когда в жизни людей случается что-то особенное, они поют, верно? Заставить их петь на экране, даже когда вроде бы ничего особенного не происходит, значило подчеркнуть важность, уникальность каждого момента прожитой жизни, каждого шага, вздоха…» Для Денев успех «Шербурских зонтиков» стал трамплином в актерской карьере. В общественном сознании она немедленно затмила свою старшую сестру Франсуазу Дорлеак. Хотя именно Франсуаза и познакомила младшую сестру с киношным миром. Уже в 13 лет Катрин впервые появилась перед камерой в фильме «Гимназистки». Денев взяла девичью фамилию матери, чтобы ее не путали с сестрой, рано выбравшей актерскую профессию, но особого восторга перед этим занятием не испытывала и сомневалась, стоит ли ей продолжать. Но отныне и до сих пор Франсуазу станут называть и помнить как старшую сестру Катрин Денев. Что будет лишь усугублять ее непроходящую боль после трагической и нелепой гибели Дорлеак в самом расцвете жизни и карьеры...
В Лондоне, куда Катрин привез режиссер Роман Полански для съемок в своем фильме «Отвращение» (героиня Денев постепенно сходит с ума и превращается в жестокую убийцу), она познакомилась с фотографом Дэвидом Бейли, хорошо известным в кругах тогдашнего «свингующего» Лондона. Полански организовал съемку Катрин для журнала Playboy c целью привлечь внимание к фильму. Во время этой работы между фотографом и его моделью вспыхнула страсть. Много позже в своих мемуарах Бейли напишет, будто бы он сделал Денев предложение на спор с Миком Джаггером. Рокер был шафером на свадьбе, выдержанной в богемном стиле: невеста в черном платье с неизменной сигаретой в руке, жених в любимых джинсах — и никаких традиционных свадебных обрядов. Катрин не понимала, что спрашивает священник, и все страшно веселились. Но слишком бурный образ жизни, языковой барьер и неверность любвеобильного фотографа развели их намного раньше, чем состоялся официальный развод. Отношения с актрисой Бейли охарактеризовал «упражнением на управление «Мазерати», будучи привычным к «Форду». А Денев тогда же назвала свой первый и последний брак «устаревшей и изжившей себя ловушкой».
Еще до официального развода с Бейли у Катрин был довольно мучительный для обоих роман с режиссером Франсуа Трюффо. Но он быстро завершился. 25-летняя Катрин снималась в Голливуде с Джеком Леммоном в «Апрельских безумствах» и переживала настоящий нервный срыв. Ничто и никто не могли ее впечатлить, развеять дурное настроение и скуку. Катрин упрямо продолжала ненавидеть все и вся — Америку, вульгарных американцев, голливудские правила игры. От нее даже отказалась приставленная студией парикмахерша... На ближайшие 20 лет Катрин заработала в Голливуде имидж капризной, холодной французской упрямицы — до съемок в фильме «Индокитай». Но на самом деле виной всему была тогда тоска актрисы по маленькому сынишке Кристиану, оставленному во Франции, глубочайшая скорбь по сестре и несложившемуся браку с Бейли. Одна из последних записей в дневнике того периода гласила: «Тяжек груз быть одной из самых красивых женщин в мире. Искажает любые отношения».
Марчелло Мастроянни, в свою очередь, всегда пытался противостоять сложившемуся после «Сладкой жизни» и других его картин образу любимца женщин. Требовал сравнить его с Жераром Филипом, Гэри Купером или Кларком Гейблом: вот они — это да, ну а какой из него-то дамский угодник и донжуан?! Будучи едва ли не самым знаменитым актером-итальянцем со времен Рудольфо Валентино и уж точно самым признанным и обласканным критикой и публикой, Мастроянни постоянно стремился преуменьшить и свои актерские достижения: «Я изучал сценарий за пару дней, выучивал свою роль, и на этом все». Выбирал роли антигероев, буквально специализировался на образах мужчин пассивных, побитых жизнью, ни к чему не пригодных или вовсе импотентов. Mammone, маменькин сыночек, — еще один типичный итальянский стереотип подходил ему, казалось, куда больше и в жизни, и на экране, чем «латинский любовник». Возможно, еще и поэтому, женившись в молодости на актрисе Флоре Карабелле (они познакомились во время работы над спектаклем по пьесе «Трамвай «Желание» в 1948 году), Марчелло не нашел в себе силы развестись с ней. Несмотря на то, что с 1970 года они не жили вместе и в какой-то момент Флора перестала возражать против развода и готова была отпустить мужа.
До встречи с Катрин Мастроянни два года жил с американской актрисой Фэй Данауэй — они познакомились на съемках фильма «Влюбленные» в 1968 году. Фэй очень хотела выйти за него замуж, родить детей, но Мастроянни не торопился разводиться. Хотя его уговаривала дочь Барбара и лучший друг Федерико Феллини поступить именно таким образом. Фэй, фактически бросившая ради возлюбленного карьеру и переехавшая в Италию, не выдержала и, когда ультиматум, ею поставленный, не сработал, отказалась продолжать отношения.
Так совпало, что Марчелло и Денев примерно в одно и то же время переживали кризис в личной жизни и, оказавшись на площадке фильма «Такое случается только с другими», поначалу практически не общались. Этот фильм снимала по собственному сценарию Надин Трентиньян, жена Жана-Луи Трентиньяна. Трагическая история — смерть маленького ребенка и попытки родителей пережить случившееся — в точности повторяла события в ее жизни. Их с Трентиньяном восьмимесячная дочь Полин умерла в своей колыбельке от так называемого синдрома внезапной детской смерти. Жан-Луи* категорически отказался сниматься — не верил в подобного рода «терапию». Сыграть свою собственную трагедию, отдать ее на зрительский суд, прожить это второй раз, только перед камерой, — и что, все забыть? Оставить боль на пленке? В списке кинематографических достижений или провалов?
Надин их с мужем роли предложила Катрин Денев и Марчелло Мастроянни. Чтобы они смогли как можно достовернее передать состояние болезненного одиночества и отчаяния, режиссер на несколько суток оставила актеров в пустой полутемной квартире почти без мебели, без телефона, без книг и журналов и со скудной едой. Из «заключения» они вышли убедительно измученные и влюбленные. Судьба, злая или добрая, но всегда насмешница, благодаря этому фильму подарила Катрин и Марчелло ребенка. Их дочь Кьяра — дитя любви, зародившейся на площадке фильма, придуманного и снятого женщиной, потерявшей свою собственную дочь. «Я была совсем юной, и верно говорят, что, когда хочешь ребенка от мужчины, подсознательно желаешь иметь часть его, то, что можно удержать. Но второй раз, с Мастроянни, я согласилась рожать потому, что он сам очень хотел ребенка. И я согласилась, и очень легко и быстро на свет появилась Кьяра».
Марчелло жил в Риме, Катрин — в Париже. Он каждый день звонил ей, придумывал тысячи ласковых имен на смешном французском, добивался встреч, требуя, чтобы Денев отменила съемки. «Я ежедневно покупал букетики цветов, — вспоминал Мастроянни, — все равно каких — ромашек, нарциссов, астр, и, отрывая лепестки, гадал: любит — не любит». В Риме при виде этого зрелища прохожие останавливались: их кумир Мастроянни рассеянно бредет по улице, обрывая лепестки с безумным, мечтательным видом. В конце концов, не в силах вынести постоянные разлуки и возненавидев бесконечные поезда, Мастроянни снял квартиру в Латинском квартале Парижа. Жена актера к тому времени уже понимала — эта «иностранка», как называла она новую французскую возлюбленную своего любвеобильного мужа, представляет опасность, как никто прежде. Но кроме съемок помехой для свиданий оказался семилетний Кристиан, которого Катрин растила одна. Мастроянни детей искренне любил и рвался общаться с мальчиком, покупал ему подарки. И никак не мог взять в толк, почему Катрин так сдержанно принимает его внимание к сыну. Точно так же его удивляло отношение любимой ко всем его щедрым подаркам, которые он ей дарил. Денев словно бы не хотела быть ему обязанной, сохраняла свою независимость и к тому же искренне расстраивалась — как истинная француженка — непомерным тратам на всякие пустяки. Не любила она и долгие шумные застолья, вечеринки с изобилием еды и напитков. Все то, что обожал Марчелло, всегда с искренним вожделением ждавший перемены блюд и привыкший к сытной итальянской кухне своей матери и жены. Марчелло подарил возлюбленной очаровательную виллу в любимой Катрин Ницце, у самого моря, но спрятанную от чужих глаз. Вернувшись к себе в Рим, он обнаружил у дома новенькую спортивную машину красного цвета — подарок-сюрприз от возлюбленной, знавшей, что он мечтает именно о таком авто.
Редкие выходы пары в свет становились событием. Актер Мишель Пикколи вспоминает, какой фурор произвели Денев и Мастроянни на банкете по случаю премьеры их второго совместного фильма «Сука». В огромном ярко освещенном зале роскошного парижского ресторана Марчелло церемонно и демонстративно пригласил Катрин на танец. Редкое зрелище — танцующая Денев. Оркестр вдруг сбился и заиграл кто в лес кто по дрова: внимание музыкантов, да и всех присутствующих, было приковано только к ним двоим. «Нам сделалось страшно неловко! Мы просто не знали, куда глаза девать!» — вспоминал Мастроянни...
Почему Катрин приняла решение расстаться с Марчелло, остается загадкой. Денев ненавидела сплетни и почти никогда ничего о себе не рассказывала. Даже в ее мемуарах речь идет в основном о кино, съемках, встречах с великими режиссерами и коллегами по актерской работе. Одной из причин такой «скромности» считается ее острая жажда независимости и гордость. Катрин слышала, как жена актера грозилась лишить его общения с их дочкой Барбарой в случае развода. По этой же причине юная Денев могла не принять предложение Роже Вадима, отца ее сына Кристиана. Она случайно оказалась свидетельницей его разговора с одной из своих бывших жен, тоже грозившей лишить его опеки над их дочкой. «Я всегда боялась и боюсь отношений, грозящих осложнениями, потому что кроме двоих на свете еще столько связанных с каждым из них людей. А это неизбежно приводит к утратам и страданиям».
Кьяра родилась в 1972 году, Марчелло было уже 47 лет. Родители расстались, когда ей было два года. Кьяра никогда не видела их вместе, вернее не помнила. И только на экране могла лицезреть папу и маму целующимися. Каким-то мистическим образом ее жизнь во многом похожа на жизнь матери. Двое детей от разных мужчин, достаточно публичные отношения — сначала со скульптором и актером Пьером Торретоном, потом — с певцом и музыкантом Бенжаменом Бьоле. «Да, я мать-одиночка. Но когда я росла, рядом тоже не было мужчины. И все же не думаю, что повторяю этот паттерн. Я была замужем, и у меня сохранились чудесные отношения с отцами моих детей, в отличие от бурных событий моего собственного детства».
Денев воспитывала детей в строгости, заставляла хорошо учиться, не терпела баловства. Со временем у нее сложились дружеские отношения с женой Мастроянни — Флора даже предлагала забрать Кьяру к себе, когда ее родители бесконечно пропадали на съемках. Встречам дочери с Марчелло, как и с его женой и с единокровной сестрой Барбарой, Денев никогда не препятствовала. Кьяра очень любила навещать отца в Риме. Прямо из аэропорта ее везли на легендарную римскую студию Cineccita, поскольку Мастроянни почти все время снимался. И ей нравилось встречаться с ним на съемочной площадке, потому что, когда он не работал, по большей части чувствовал себя несчастным.
Родители по-разному отнеслись к желанию Кьяры пойти по их стопам и стать актрисой. Мать была категорически против и всячески пыталась отговорить дочь. А отец, по словам дочери, обрадовался, «словно у нас был свой ресторан и я ему сказала, что теперь буду тоже участвовать в семейном бизнесе». Мастроянни закатил для Кьяры вечеринку. Впрочем, он всегда закатывал вечеринки в ее честь, когда она была рядом с ним.
Актер умер в 1996 году в своем доме в Париже, в окружении близких — бывшей возлюбленной Катрин Денев, дочерей Барбары и Кьяры и режиссера Анны Марии Тато, с которой делил двадцать последних лет жизни. В Риме в день прощания с Марчелло потушили огни и выключили легендарный фонтан Треви, задрапировав скульптурную композицию черной тканью — в честь знаменитой сцены из «Сладкой жизни» с участием Мастроянни и Аниты Экберг. Собравшиеся у Треви почитатели молча слушали в тишине музыканта, играющего на флейте мелодии из еще одного киношедевра с участием Мастроянни — «Восемь с половиной» его лучшего друга Федерико Феллини... Пожалуй, мало найдется итальянцев, воплотивших на экране и в жизни сразу несколько ярких свойств мужчин этой части Европы — влюбчивость, чувствительность, красоту, вспыльчивость, склонность к широким жестам и одновременно скромность, постоянство и нерешительность...
По одной из версий, Мастроянни был так сильно влюблен в Денев, что все-таки сделал ей предложение. И не один раз, а дважды. И оба раза получил отказ
Подпишись на наш канал в Telegram