Актриса, сыгравшая главную героиню в продолжении сериала «Лимитчицы» на телеканале «Россия», рассказала, как после 33 лет изменилось ее отношение к телу и внешности, каким принципам следует в уходе за лицом и волосами и почему отказалась от диет.
— Лера, многие говорят, что именно после тридцати начинают по-другому ощущать свое лицо и тело. У вас был такой опыт?
— Да, был. Где-то в 33. До этого ты живешь с ощущением, что организм выдержит все: можно поспать четыре часа, рано встать и при этом выглядеть свежей и собранной. Кажется, что у тебя бесконечный ресурс. А потом в какой-то момент вдруг начинаешь замечать, что лицо и тело реагируют буквально на все. Стоит два дня подряд лечь после полуночи, и утром видишь последствия. Раньше я могла жить в бешеном ритме, легко переносить нагрузки, а сейчас даже шесть часов сна уже не гарантируют, что проснусь отдохнувшей и свежей.
— Как вы с этим справлялись?
— Я поняла, самое главное — высыпаться. То, на что раньше смотрела с иронией, мол, «сон для слабаков», оказалось абсолютной базой. Сейчас я точно знаю: если несколько ночей подряд лечь поздно или поспать меньше обычного, это сразу отражается на лице.
— Стали соблюдать режим?
— Стараюсь. Плюс у меня накопленная усталость: подряд рождались мальчики, а это годы прерывистого сна. Мы, женщины, вообще героини, ко всему привыкаем. Но после 33 почувствовала, что мой уровень энергии падает, и если плохо сплю, просто не могу быть включенной в жизнь. Поэтому сейчас действительно стараюсь ложиться до полуночи, а если получается раньше, то вообще идеально. Лечь в два ночи — преступление против себя. Хотя раньше было нормально.
— Сейчас режим еще и дети задают?
— Да, встаю в семь утра: школа, сборы — тут без вариантов.
— У вас есть какие-то ритуалы для сна?
— Пока нет такой идеальной «гигиены сна», как пишут в книгах. Думаю, это следующий этап, после 35. Но у меня есть лучший вариант: если нет вечернего спектакля или съемок, я засыпаю вместе с детьми. Это мой самый качественный сон. «Алиса» нам включает сказку, я лежу рядом, успокаиваюсь и засыпаю. Дети очень чувствуют мое состояние: если я спокойна, они засыпают быстро, и я вместе с ними.
— А если утром все-таки видите отеки, что делаете?
«Стараюсь не есть на ночь, часа за три-четыре до сна. Мне важно просыпаться с ощущением легкости».
— Во-первых, стараюсь не есть на ночь, часа за три-четыре до сна. Мне важно просыпаться с ощущением легкости. Если утром вижу отечность или следы усталости, не паникую, а спокойно помогаю лицу проснуться: делаю массаж руками, достаточно активно, не жалея себя. У меня есть свои упражнения плюс массажер для лица — это моя настоящая палочка-выручалочка.
— К косметологу ходите регулярно?
— Да, раз в две недели. Я доверяю своему косметологу, спрашиваю, нужно ли что-то делать, и она честно отвечает: пока ничего колоть не надо. И меня это очень устраивает. Я не фанат радикальных вмешательств. Мы делаем пилинги, маски, есть процедуры с азотом. Лицу просто нужен отдых: гастроли, спектакли, съемки сильно его утомляют. Хочу еще подключить массаж лица. Видела результаты и понимаю, что это действительно работает.
— Как ухаживаете за собой дома?
— Самое важное для моей кожи — очищение. Если оно плохое, сразу появляются высыпания. У меня простая схема: очищение, увлажнение, крем для глаз. Я не люблю десятки баночек. Лишняя для меня уже стресс.
— Есть ли у вас продукты-табу?
Совет
«Сон — это база. Если несколько ночей подряд лечь поздно или поспать меньше обычного, это сразу отражается на лице».
— Я не курю и не пью вообще, даже на праздниках. Иногда для вида наливаю себе детское шампанское, чтобы не было лишних вопросов. Пару раз пробовала ради интереса и каждый раз понимала, насколько мне плохо. И думала: «Господи, как же хорошо, что я не пью». Также стараюсь уменьшать количество кофе, ем больше белка, добавила говядину. Сладкое не исключаю, но только в первой половине дня.
— А диеты?
— Я категорически против диет. В институте у меня была булимическая история, не скрываю, поскольку об этом важно рассказывать, особенно подросткам. Я могла целый день ничего не есть, пить только кофе. Весила 54 килограмма при росте 172. Это было нездорово и опасно. Диеты — зло.
— Но актрисам все равно приходится худеть и поправляться ради ролей. Насколько это для вас сложная практика?
— Не сложная. Самое удивительное, организм словно сам включает нужный режим. Когда готовилась к роли у Владимира Мирзоева в сериале «Внутри убийцы», начала худеть без сознательных усилий и жесткого контроля. Сейчас происходит обратный процесс. Создается ощущение, что тело само подстраивается под задачу и запускает внутреннюю программу. Я это не контролирую сознательно и до сих пор не могу объяснить, как это работает. А для «Лимитчиц» я набрала около семи килограммов. Это было нужно для ощущения женщины 40+. Когда проект закончился, спокойно вернулась в свою форму, без насилия над собой. В том числе с помощью спорта. Он мне нужен не ради цифр, а чтобы быть здоровой и бегать вместе с сыновьями.
— Вас не пугали изменения?
Совет
«Если утром вижу отечность или следы усталости, не паникую, а спокойно помогаю лицу проснуться: делаю массаж руками и использую массажер для лица — это моя палочка-выручалочка».
— Когда джинсы перестают сходиться, радости в этом, конечно, мало. Пришлось покупать одежду на размер больше. Но я всегда четко понимаю, зачем это делаю. Это часть профессии.
— У актрис ведь и волосы часто страдают по профессиональным причинам. Приходилось вам сталкиваться с такими проблемами?
— В этом году — да. Для проекта «Лимитчицы» меня сильно осветлили, можно сказать, официально приняли в клуб блондинок. Было много термовоздействия, и волосы пострадали, начали ломаться. Сейчас постепенно возвращаюсь к своему цвету и активно занимаюсь восстановлением: салонные процедуры, маски, кондиционеры дома.
— Легко идете на подобные жертвы ради роли?
— Все зависит от материала. Если это эпизод, я задумаюсь. Но в данном случае отказаться было невозможно: снимали продолжение истории, и мы сознательно не использовали парик. Теперь я точно знаю, что если осветляться, то только с двойной защитой. Вообще, многие считают, что я блондинка, хотя на самом деле светло-русая. Видимо, это состояние души. (Улыбается.) Но в своем родном цвете мне комфортнее всего.
— Длину когда-нибудь кардинально меняли?
— Да. Когда разводилась с мужем, мне очень хотелось короткие волосы. Такая прическа давала ощущение силы и внутренней опоры. В этом есть что-то мальчишеское, освобождающее. А сейчас чувствую, что этап завершился, и мне хочется вернуть длину.
— Вы вообще легко идете на эксперименты с внешностью?
— Да. Потому что в принципе отношусь к себе как к инструменту. У меня нет нарциссического самолюбования, я не рассматриваю себя в зеркале с позиции «красивая — некрасивая». Смотрю на себя как на образ, материал. Вот здесь можно быть такой, а тут совсем другой. Даже фотографии для портфолио отбираю как наблюдатель со стороны.
Понимаю, что внешность меняется — это нормально. Мы все стареем. И, честно скажу, сейчас люблю себя больше, чем в 23. Мне важно не превратиться в неврастеничную актрису, зацикленную на внешности.
— Главная бьюти-база после 33?
— Сон. Без него не работает ничего.
— В какое время лучше ложиться?
— До полуночи. Лечь в два — это преступление против себя.
— Диеты?
— Я категорически против диет. Диеты — зло.
— Как часто ходите к косметологу?
— Примерно раз в две недели.
Валерия говорит, что ее тело само подстраивается под роль: в одних проектах она худеет, в других, наоборот, набирает вес без диет и жесткого контроля. Этот процесс она не запускает сознательно, организм будто сам «включает» нужный режим.
Подпишись на наш канал в Telegram