«Отец нечасто рассказывал о войне. А то, что я слышал, не относилось непосредственно к ведению боевых действий. Он вспоминал фронтовой быт, развлечения — как это ни странно, смешные ситуации, анекдоты, однополчан. А сама война в его воспоминаниях присутствовала мало».
— Максим Юрьевич, как часто ваш отец вспоминал о войне?
— В свое время мне пришлось довольно много заниматься историей Великой Отечественной. Тогда, в конце семидесятых, я работал в редакции всесоюзной радиостанции «Маяк». И к очередному юбилею Победы мы делали целый цикл программ. Причем выстраивали историю войны день за днем, неделю за неделей по сводкам Совинформбюро: через нашу студию прошло огромное количество фронтовиков, которые рассказывали про тот самый день, то самое сражение. И я заметил одну особенность: настоящие фронтовики очень скупо, неохотно делились воспоминаниями. Они не желали то ли сами еще раз переживать прошлое, то ли посвящать кого-то другого, чужого в эти свои достаточно интимные отношения с войной, со смертью. Если человек по-настоящему участвовал в боях, то он старался об этом меньше вспоминать.
А когда в студию приходили люди с «завесой» юбилейных медалей и рассказывали с порога, как они выиграли войну, сразу становилось ясно, что это те, кто на передовой-то, возможно, никогда и не был. Такая прослеживалась четкая закономерность.
Вот и отец нечасто рассказывал о войне. А то, что я слышал, не относилось непосредственно к ведению боевых действий. Он вспоминал фронтовой быт, развлечения — как это ни странно, смешные ситуации, анекдоты, однополчан. А сама война в его воспоминаниях присутствовала мало. Но, конечно, для него тема Великой Отечественной была действительно святой. И безусловно, самым главным праздником в его жизни было 9 Мая.
— Как Юрий Владимирович отмечал этот «праздник со слезами на глазах»?
— День Победы отец всегда начинал с того, что с утра пораньше садился к телефону, который стоял в коридоре нашей коммунальной квартиры...
— Знаменитый клоун и артист жил в коммуналке?
— Когда отец в очередной раз пошел в Мосгорисполком выбивать квартиру для кого-то из артистов цирка, начальник его спросил:
— Юрий Владимирович, а у вас-то самого как обстоят дела с жилплощадью?
— Все в порядке, я отлично живу в коммуналке, — бодро сказал отец.
Начальник опешил и приказал ему:
— Берите бумагу и прямо при мне пишите заявление о получении отдельной квартиры!
Я тогда учился в 9-м классе...
Так вот, 9 Мая отец садился у телефона, открывал свою записную книжку и начинал обзванивать всех фронтовых друзей. С каждым годом «адресатов» становилось все меньше...
— Юрий Владимирович снялся в двух картинах о Великой Отечественной: масштабной эпопее «Они сражались за Родину» и камерной драме «Двадцать дней без войны». Как он оценивал эти киноработы, вообще фильмы о войне?
— Начну с того, что кино о войне — имею в виду настоящие, глубокие картины — все-таки создано людьми, так или иначе с этим соприкоснувшимися: сами или через родных, близких, через их память... Что касается анализа своих ролей, то отец никогда не занимался самокритикой, самокопанием — это получилось, это не получилось. И так же не сильно обращал внимание на какие-то промахи у коллег по цеху. Он к неудачам других артистов относился достаточно сдержанно, чтобы никого не обидеть и не быть истиной в последней инстанции...
Когда по телевизору стали показывать эпопею «Освобождение», Юрий Владимирович посмотрел одну серию и... не стал смотреть дальше. Для него, фронтовика, было понятно, что на экране «клюква». Зато снятый позже многосерийный документальный советско-американский фильм Романа Кармена «Неизвестная война» с Бертом Ланкастером в роли ведущего папе понравился. Там, например, рассказывали про сопровождение в северных морях американскими судами конвоев с гуманитарными грузами для СССР. До этого о таком эпизоде войны у нас народ знал мало. Вот это отцу было интересно: как воевали советские солдаты и матросы на других фронтах, на иных направлениях. И все это было показало правдиво.
Понимаете, правда всегда видна. А если в истории показана не вся правда или полуправда, то смотреть такой фильм или читать книгу неинтересно.
— А была ли у отца любимая песня про Великую Отечественную войну?
— У него очень много было любимых мелодий, и мы с ним часто вместе пели. А вот назвать одну-единственную, самую-самую для него, не могу. Это все равно что человека спросить про любимую книгу — как будто он больше ничего и не читал. Кстати, недавно я проанализировал нашу советскую историю, начиная с Гражданской войны, с позиции созданных песен. Так вот, было написано огромное количество хороших, прекрасных песен, которые живут и сегодня. Живут, наверное, потому, что слова в них были искренними...
— У Юрия Владимировича Никулина несколько военных наград. Где они хранятся?
— В цирке, в его кабинете. И люди, которые приходят к нам — наши друзья и гости, экскурсанты, — их видят, мы эти медали и ордена показываем, о них рассказываем. Раньше папины награды лежали у меня дома, в сейфе. Но потом я решил, что это неправильно, и принес их в цирк. А в фойе, на стенде, посвященном отцу, мы представили дубликаты этих наград.
— Как будете отмечать наступающий День Победы?
— Мне идти с «Бессмертным полком» уже тяжеловато. Но мой старший сын со своей семьей ходит регулярно — с портретом деда. А еще у нас в цирке на Цветном бульваре есть свой «Бессмертный полк»: 9 Мая сотрудники выносят на манеж портреты артистов, которые не вернулись с войны, в том числе и своих родственников. Потому что цирк — это всегда семейная, династийная история...
Инна Фомина
Подпишись на наш канал в Telegram